vot-tak.tv
clear search form iconsearch icon

«Власть превратилась в свинью». Последнее слово Навального по делу о клевете

Алексей Навальный в Бабушкинском суде в Москве, 20 февраля 2021 года.
Фото: Максим Шеметов / Reuters / Forum

Сегодня в Бабушкинском райсуде Москвы проходит заключительное заседание по делу против Алексея Навального о клевете на ветерана ВОВ Игната Артеменко. Напомним, политика обвиняют по части 2 статьи 128.1 УК из-за твита про агитационный ролик RT за поправки к Конституции России, обнулившие сроки Владимира Путина. Алексей Навальный выступил со вторым последним словом за день. Приводим его полную расшифровку.

Справка

Конечно, это очень смешно. Несколько дней прокурор рассказывала, что я требую какой-то исключительности для себя. Мне кажется, то, что у кого-то человека может быть два последних слова за один день — это тоже такая исключительность.

У меня есть бумажка вот эта. Она довольно задрипанная, потому что я ее в кармане ношу каждый процесс. И когда я из СИЗО выхожу, меня обыскивают и каждый раз говорят: «А это что такое? Нельзя!» А я говорю: «Это материал дела — самый главный!» Единственная страничка, которая меня заинтересовала, я из нее сделал выписку.

На протяжении всего процесса я так вот бумажку из кармана доставал и украдкой смотрел. Каждый раз, в самые пафосные моменты, когда прокурорша наша изображала здесь слезы, надрывалась, говоря: ветераны — это наше все, мы их любим, наше государство ради ветеранов существует. И только мы их любим, и такие как вы их оскорбляете.

Когда вы, ваша честь, говорили мне: ветераны — это самое главное, все в России для ветеранов. И даже потом, когда я в своей камере телевидение включал, там рассказывали о том, как я оскорбил ветерана, а ветераны — самое важное, что есть в стране. Тогда я доставал эту бумажку и смотрел на нее. А это справка из отдела социального обеспечения. Они там пишут, какую помощь они оказали ветерану Артеменко.

Вот справка за последние четыре года. Указано, что в последний раз он получал продуктовый набор 6 июля. А всего за последние четыре года он получал помощь семь раз. Три раза получил сертификаты на промтовары, один раз — набор продуктов. И три раза он получил сертификат на продукты. Общая стоимость этих сертификатов, если я правильно посчитал, — примерно 11 тысяч рублей.

Вот и вся ваша забота, е-мое, о ветеранах, лицемерные вы негодяи!

Вот в этом и выражается все настоящее отношение к ветеранам, к пожилым людям, ко всем.

Еще одна страница из материалов дела — это состав следственной группы. 15 человек из разных регионов. 15 бездельников и охламонов свезли в Москву, сняли им жилье, дали им командировочные, повышенные зарплаты, чтобы они расследовали это «преступление». На это ушло больше денег, чем ветеран получил от государства помощи за всю жизнь, наверное.

Один день этого суда — посчитайте, сколько здесь стоит госслужащих, — один день этого суда стоит гораздо, гораздо больше, чем ветеран, участник войны Артеменко получил за последние четыре года помощи от государства, которое осмеливается заявлять о том, что оно забоится о ветеранах.

Самое отвратительное, гнусное, омерзительное, что есть в этой власти, — это то, что она существует для того, чтобы грабить вот этих вот людей. Самых несчастных: ветеранов, пенсионеров. Они же — источники этих денег. Откуда же дворцы берутся? И ершики стоимостью по 60 тысяч рублей за штуку?

И это чудовищно! Вот здесь выступал такой чучундрик, который написал на меня заявление. И он сказал лучшую фразу за весь процесс! Он говорит: «Ну я смотрю этот ролик, там человек пожилой. Видно, что он бедный, он пенсионер и ветеран».

А что же он бедный-то? А что же в нашей стране это абсолютная ассоциация у любого «ветеран — значит бедный»? Ветеран войны — значит очень старый и, скорее всего, нищий.

Человек видит ролик — у него просто картинка совпадает. Бедный — это значит ветеран. Почему же, я не понимаю. Если он участник войны, и вы здесь надрывались все, рассказывали, как их любите — так вы их защищайте! Почему сразу видно, что он бедный? Почему если мы возьмем все страны Антигитлеровской коалиции — ландо, давайте возьмем тех, кто проиграл войну, Италия, Япония, Германия — значит, в России — самая маленькая пенсия у этих солдат? И вы не хотите повышать.

Я писал такой закон. Но нет! Нельзя повысить [пенсии], потому что не хватит на дворец.

Чтобы в Геленджике или на южном берегу Франции возникали эти классные дома единороссов, нужно обокрасть кого-то. И удобнее всего обокрасть ветерана или пенсионера.

Наша власть — от Путина до всех — превратилась в огромную свинью, которая из корыта, наполненного деньгами нефтедолларовыми, хлебает, засунув туда свою голову.

А когда ей стучат по лбу, говорят: «Алле, это же для всех!» — она голову высовывает и говорит: «Что-о-о? Не позволим оскорблять ветеранов!» И обратно голову.

Все говорят: может быть, хватит красть? Вы снова свою физиономию вытаскиваете и говорите: «Что-о-о? Не позволим пересматривать итоги Второй Мировой войны!» Да какое вы, ваш Путин и ваша «Единая Россия» имеете вообще отношение к этой войне?! Просто послушать — вы как главные победители, из окопов не вылезали!

Потому что вам не хочется говорить по-настоящему. Потому что очень неловко обсуждать любые текущие проблемы. С вами хотят поговорить про коррупцию, про бедность, про неравноправие, про развал здравоохранения. А сказать об этом нечего. И когда конкретные люди типа меня начинают задавать острые вопросы, сразу возникает: «Какой дворец, какой Димон, какой Путин? Давайте поговорим о том, как он оскорбил ветерана».

Ровно для этого вы делаете этот процесс — потому что не хочется вам говорить о чем-то другом.

Вот здесь один из самых ярких моментов процесса, когда прокурор читала эти сфабрикованные показания. Всем было понятно — там 10 страниц показаний, — они же сначала собирались. И сказали: нужны какие-то показания, которые будем читать в суде, но дедушка старый. Но ладно, черт с ним. Давайте возьмем старые мемуары, подпишем его. Посмеялись же еще над ним, сказали: дедушка старый, ему все равно.

А потом она читала, делала паузы. Изображала, что голос ее дрожит.

А я хочу напомнить, например, о недавнем важном эпизоде в жизни нашей страны, о котором я упоминал в ходе этого процесса, но никогда не будет поздно вспомнить еще раз. Когда в Краснодарском крае под непосредственной крышей бывшего генпрокурора Чайки, который до сих пор работает в прокуратуре, и его окружения, которое до сих пор работает в руководстве прокуратуры, действовала банда Цапка. Она терроризировала целую станицу, насиловала школьниц, убивала людей. А поймали их только после того — ведь крышевали их прокуратура и суды — только после того, как они вырезали целую огромную семью, убили взрослых и детей, сложили их во дворе, подожгли. А новорожденного ребенка, живого, бросили в этот костер.

Это все случилось потому, что за ними стояла прокуратура, за ними стояли суды, за ними стояла «Единая Россия» — это члены партии «Единая Россия» все делали. Этот эпизод вы не хотите зачитывать, и голос у вас совершенно не дрожит. Хотя это самые настоящие фашистские преступления!

Голос не дрожит, а наоборот, вы очень бодрым голосом говорите: «А кто последний в кассу?»

Вы готовы обслуживать этого огромного хряка, который засунул свою морду в общие нефтедоллары, потому что надеетесь, что вам перепадут какие-то крошки.

Я включаю телевизор и вижу репортаж, стыдный репортаж. Прямо показывают тот эпизод, когда ветеран узнал о том, что его оскорбил Навальный, и ему стало плохо. Так случилось, удивительным образом, что в этот момент, конечно, дома у ветерана была съемочная группа, которая снимает его камерой. И лежит этот человек — это показывают по телевизору — лежит в трусах на одеяле. Его снимают.

Рядом внук стоит — и в глазах его счастье!

Он доволен, у него на лице написано: «Боже мой, я, наконец-то, монетизировал деда. Получилось! Он снова оказался полезным нашей семье».

Все счастливые. За кадром, наверное, стоит [глава RT] Маргарита Симоньян, которая говорит: давай, дед, не рыпайся, лежи. А этот 95-летний человек лежит в трусах на одеяле. И у него на лице написано: а что вообще происходит, почему они это все делают? А они: ну, нормально, так трогательнее получится.

Всем этим процессом вы реально унизили и оскорбили этих всех ветеранов в десять раз хуже, чем делали до этого.

Вы реально унижали достоинство. Вы использовали человека, как куклу!

Он то хочет выступать, то не хочет выступать. А вы открыто подписываете за него… Он в вашем представлении вообще не человек!

Правда он живой человек, дееспособный. Но как же может человек просто взять и подписать десять заявлений разным почерком? Потому что для вас он вообще не человек. Для вас и для вашей власти это просто механизм, кукла, которую вы хотите использовать.

Я начал с этого свое выступление в первый день и продолжу. Да, я безусловно считаю, что за это за все вы будете гореть в аду. Надеюсь, что вы еще и ответите перед нормальным, человеческим судом за то, что вы сделали.

Я понимаю, что вы устроили: был один суд, вступило в силу решение суда, сейчас другой суд — просто для того, чтобы вечером сказать, что вот этот-то суд был последний.

Тогда и посадили на 3,5 года, чтобы сказать, что Навальный сидит не потому, что скрывался от инспекции, а потому, что оскорбил ветерана.

И будете дальше, что называется, ездить по ушам телезрителям со своей ерундой. Ваш замысел понятен. И безусловно, какое-то количество вашей телепублики вы обманете. Но я уверен, и знаю, что ваш план не сработает. Огромное количество людей, которое следит за этим процессом, — оно же видит, как это все происходит. И им также противно и тошно, как и мне. Потому что они, в отличие от вас, считают ветеранов и пенсионеров — да кого угодно — людьми. Над которыми нельзя издеваться, которых нельзя притаскивать для участия в ваших гадких роликах, потом за них нельзя подписываться, подделывать заявления. Нельзя снимать в беспомощном состоянии.

И то, что вы задумали, я уверен, у вас не получится. И так или иначе, правда возьмет свое, и каждый ответит по заслугам. Спасибо.

Подробности заседания можно узнать в нашем онлайне:

Онлайн
Суд над Навальным по делу о клевете на ветерана. День четвертый. Онлайн
20.02.2021 13:23

Ранее Навальный произнес речь речь во время рассмотрения апелляции на реальный срок по делу «Ив Роше». В выступлении он процитировал Священное Писание, «Гарри Поттера» и мультсериал «Рик и Морти». В конце он пообещал, что «Россия будет счастливой». Отметим, Мосгорсуд отказал в удовлетворении жалобы. Но при этом судья сократил срок заключения до 2 лет 6,5 месяцев.

Новости
«Россия будет счастливой». Последнее слово Алексея Навального в апелляции на реальный срок
20.02.2021 11:59
Подписывайтесь на наш телеграм-канал, чтобы не пропустить главное
Популярное