vot-tak.tv
clear search form iconsearch icon

«Представляешь, мы держимся уже целые сутки». Военкор Роман Попков о том, как год назад началось вторжение

В первый день войны люди укрываются от ракетных ударов в столичном метро. Киева, Украина. 24 февраля 2022 года.
В первый день войны люди укрываются от ракетных ударов в столичном метро. Киева, Украина. 24 февраля 2022 года.
Фото: Emilio Morenatti / AP / East News

24 февраля 2022 года российская армия по приказу Владимира Путина начала широкомасштабное вторжение в Украину. Самая кровавая за многие десятилетия европейская война идет уже год. Специальный корреспондент «Вот Так» в Киеве Роман Попков вспоминает, каким он увидел начало этой войны.

Готовиться к войне мы с моими киевскими друзьями начали примерно за неделю до 24-го. Ребята, активисты одной из украинских националистических организаций, наметили несколько точек сбора для неотвратимого утреннего часа X. Рассматривали и самый экстремальный сценарий: уничтожение российскими ракетными ударами всей критической инфраструктуры города, полный блэкаут, отсутствие интернета и телефонной связи. На этот случай следовало собираться первым военным утром, без попыток созвонов, в одном из городских парков, расположенном максимально далеко от воинских частей и любых важных объектов — чтобы не попасть под бомбежку уже в первые минуты войны.

Гражданские лица тренируются для участия в территориальных силах обороны в рамках подготовки к российскому вторжению во Львове, Украина. 23 февраля 2023 года. Фото: Yomiuri Shimbun / AP / East News

Провели даже тренировочный сбор. Группы парней стояли среди деревьев в темноте. Разношерстный камуфляж, огромные тактические рюкзаки, валики свернутых карематов. Темные силуэты напоминали то ли римских легионеров, то ли гренадеров в походе. В тусклом свете фонариков совещались, обсуждали снаряжение, что и где еще можно успеть докупить. Смеялись над своим «общаковым» автомобилем, старенькой «Нивой»: мол, если на эту машину поставить пулемет ДШК, то при стрельбе ее разнесет вдребезги одной только силой отдачи. Вскоре, уже на войне, у ребят появятся новые машины — купленные на донаты мощные японские пикапы. Парни будут ездить на них по Киевщине с одной боевой задачи на другую.

Репортаж
Как Киев пережил первый день войны. Репортаж с места событий
24.02.2022 23:51

Двое из тех парней погибнут в последующие месяцы. Сергей Заиковский (позывной «Деймос») — публицист, полиглот-переводчик — погибнет через месяц в бою за село Лукьяновка в Киевской области. Максим Квапиш (позывной «Булинь») — через три месяца в степях Запорожской области, под Гуляйполем. Владимир Зеленский посмертно наградит парня орденом «За мужество». На доме Максима в его родном городе Каменце-Подольском установят мемориальную табличку. Максиму было 22 года.

Максим Квапиш. Украина, март 2022 года. Фото: Роман Попков / «Вот Так»

На одну из тех подготовительных встреч боец принес мне купленные по дешевке на каких-то милитари-форумах бронежилет и шлем. И то и другое, разумеется, б/у. Броник был громоздкий, малоподходящий для военкоррских задач, при которых требуется высокая мобильность. Я вскоре подарил его Мурому — парню из минометной батареи «азовской теробороны», россиянину, воюющему за Украину с 2014 года. Себе раздобыл броник покомпактней. А тот черный украинский шлем побывал со мной потом и в воюющих предместьях Киева, и в Бахмуте.

В середине февраля никто из нас не мог предположить, каким чудовищным разгромом закончится киевский поход путинской армии. Никто не думал, что Бахмут и многие другие города Донбасса будут держать оборону и спустя год после начала войны. Да, мы ждали своего Рагнарека — эпической, роковой и быстрой битвы, которая, вероятнее всего, закончится всеобщей нашей гибелью.

Одни февральские сутки сменялись другими, я постоянно дома заряжал комп и телефон, наполнял пятилитровые баклажки водой. Но ни свет, ни вода не исчезли ни в первый час войны, ни позднее. Уничтожение критической инфраструктуры Киева российская армия начала лишь осенью, но и это ее черное дело пока нельзя назвать успешным.

Утром 24-го до моего дома наконец донеслись звуки первых взрывов. Бомбили аэропорт Борисполь. Суматоха безумного дня: утренний сбор в заваленном спальными мешками зале одного из спортклубов, первые сирены воздушной тревоги, стремительно пустеющий город.

Пробка на выезд из Киева, Украина, 24 февраля 2022 года. Фото: Emilio Morenatti / AP / East News

Для меня уехать из Киева было делом немыслимым. Дело не в журналистском или еще каком-то там профессиональном долге. Нельзя было покинуть город, в любви к которому столько раз признавался, которому прошептал столько важных слов. Лишь одна проблема не давала мне покоя, мешала отдаться без остатка всей этой исторической буре: дома сидели четверо моих котов. У меня не было сумок-переносок, чтобы быстро переместить их в надежное место под присмотр. Метания из одного зоомагазина в другой, но кошачьи переноски уже скупили горожане, отъезжающие в эвакуацию. Эти переноски стали, пожалуй, самым раскупаемым товаром в первый день войны. Весь последующий месяц, пока шли бои за столицу, мне приходилось регулярно возвращаться в свою киевскую квартиру из военных располаг, из городков Киевской области, за которые шли бои. Каждое такое возвращение было приключением — через уставленный блокпостами город, с красным российским паспортом в кармане.

Жилой дом, пострадавший в результате российской атаки в Киеве, Украина. 24 февраля 2022 года. Фото: МЧС Украины / Planet Pix via ZUMA Press Wire / Forum

Пугала не близкая канонада под Ирпенем, отчетливо слышимая в нашей располаге на западных окраинах Киева, а более далекие звуки ракетных прилетов, доносившиеся из города: не прилет ли это по моему дому, где меня ждут коты. Сладкая радость, когда приезжаешь и видишь, что дом на месте и в прихожей тебя встречают внимательные кошачьи глаза. Главное — оставить побольше сухого корма на подносе на полу и максимальное количество воды. Все комнаты были заставлены водой — во всех тарелках и кастрюлях. Коты были маленькими героями — они держались без меня, в одиночестве, днями напролет.

Утром второго дня войны моя украинская соратница Менада сказала: «Представляешь, мы держимся уже целые сутки». До этого она всю ночь читала сообщения из Мариуполя — на подступах к этому городу воевал ее муж, боец полка «Азов». Было понятно, что Мариуполь вот-вот будет отсечен наступающим врагом от остальной украинской территории, что «Азов» займет круговую оборону. Разлученная войной семья. Жена — в одной украинской крепости, муж — в другой, между ними — огненные линии фронтов. Муж Менады будет воевать до последнего, лишь в конце мая выйдет с другими воинами «Азова» по приказу украинского командования из руин «Азовстали», сложит оружие. Недавно, в декабре, он вернулся из плена по обмену, семья воссоединилась.

Украинские военнослужащие стоят на севере Киева, Украина. 24 февраля 2022 года. Фото: Daniel Leal / AFP / East News

А на второе утро все мы говорили друг другу, что держимся уже двое суток. Потом счет суткам пропал — время войны отсчитывалось неделями, далее — месяцами.

***

Честно скажу, я в те дни не особо внимательно следил за тем, что происходит в самой России с ее протестным движением. Трудно заставить себя следить за тем, на что нет надежды. Анемичные антивоенные акции были разогнаны. Старая российская оппозиция с отжившими свой век идеологемами и бессмысленными методиками выглядела в наступившую новую эру никчемной. Словно дисковый телефонный аппарат в эпоху цифровой связи.

Только одна яркая во всех смыслах вспышка приковала внимание — юная Анастасия Левашова бросила бутылку с коктейлем Молотова в центре Москвы, когда сотрудники полиции стояли вокруг нее. Отчаянный самурайский жест, который, как казалось тогда, может стать прологом в книге уже совсем другого русского сопротивления.

В те дни мои украинские друзья и знакомые, одевшие камуфляж, взявшие в руки автоматы и гранатометы, спрашивали меня, каких новостей стоит ждать из России, с улиц русских городов. К сожалению, мне нечем было их обнадежить.

Репортаж
Мглистое небо и погибший ОМОН. Киев продолжает сопротивляться вторжению
06.03.2022 23:52

Впрочем, украинцы справляются и без помощи прогрессивной российской общественности. В марте в одной из располаг теробороны бойцы сваливали привезенные с передка «сувениры» — покореженные шлемы Росгвардии, омоновские наколенники, наручники из сверкающего белого металла. Россия везла в своих колоннах в Киев кандалы — фактически в буквальном смысле слова. Но поработители, вольготно чувствующие себя на русских улицах, в Украине могли встретить лишь смерть.

Роман Попков

Подписывайтесь на наш телеграм-канал, чтобы не пропустить главное